На главную страничку сайта о семейном счастье =>>
 

Необходимые всем знания о любви, эротике, основании семьи, воспитании детей, душевной и интимной гармонии - о супружеском счастье!

Влюблённость, любовь, семейные конфликты, причины измен, первая брачная ночь, счастье в браке, интимная жизнь супругов, понимание эротики, половые расстройства, сексуальные отклонения, гамологический подход к любовным и семейным проблемам.
Самоучитель
Здесь вы найдёте ответы на вопросы: каким бывает счастье; любовь это или влюблённость; какие основные причины супружеской измены и половой слабости; кто кроме маньяков угрожает детям растлением; нужны ли публичные дома; как разрешить семейный конфликт; норма или дикость в традициях, касающихся интимной жизни; как и когда начинать половую жизнь и др.
Cтатьи
Часто Задаваемые Вопросы  по теме Любовь, Секс, Брак
Ч.З.вопросы
Мультимедийный вариант Самоучителя супружества с иллюстрациями, обучающими видеороликами и музыкальным сопровождением.CD-книга Научно-популярный фантастический рассказ 21-00 или всё, что вы хотели знать о семейном счастье, но не у кого было спросить
Н.П.Фантастика
 
Навигация:  
  --
:: В избранное!

Интересно

... Как усилить половое возбуждение женщины >>>

... Современная трактовка любви >>>


Мудрость

Родители воспитывают, а дети воспитываются той семейной жизнью, которая складывается намеренно или ненамеренно. Жизнь семьи тем и сильна, что впечатления её постоянны, обыденны, что она действует незаметно, укрепляет или отравляет дух человеческий, как воздух, которым мы живы. /А. Острогорский/


Анонсы статей
  Добавить анонс и статью можно по мэйлу zip43r#yandex/ru

.:: Детская порнография и проституция – пересмотр стереотипов

Прежде всего, автор приносит извинение за необычную постановку некоторых вопросов и за отсутствие объективности, которой по определению не может быть у этих вопросов. Дело в том, что мораль, нормы поведения, понятие истинности и справедливости, а также обычаи и традиции – не объективные понятия, так как зависят от системы ценностей носителей морали, живущих в конкретный отрезок времени. И часто на вопрос, а почему это так, а не иначе, с детства можно услышать лишь - «Так положено!».

Хочется, чтобы читатель, параллельно анализируя приводимую информацию, сам сделал выводы и выработал собственную точку зрения по вопросам, некоторые из которых решаются господствующей в каждое время моралью, а остальные передаются из поколения в поколение в виде традиций, обычаев, норм и догм.

Итак, говоря о детской порнографии, взрослые, чтобы не вдумываться, просто декларируют своё отрицательное отношение к ней, стараясь «не испачкаться». Но ведь, не выяснив, что такое детская порнография, не классифицировав виды того, что считается порнографией, нельзя сделать определённые выводы в каждом конкретном случае.

Традиционно общество относится со смесью омерзения и непонимания ко всему, на что само же навесило ярлык порнографии. И такая брезгливость не позволяет особо «копаться» обывателям и выяснять, «что к чему» в этом вопросе.

«По умолчанию» детской порнографией считаются фотографии и видео, содержащие изображение обнажённых детей, особо не учитывая того, что они на них делают. А ведь это как раз и важно, так как неприлична и «вредоносна» не сама по себе обнажённость, а именно обнажённость, связанная с несвойственными детям сексуальными актами. Впрочем, и тут не всё просто, ведь детские игры в «доктора», «маму-папу» и т.п., которые становятся частью стихийного полового воспитания, не наносят им вреда и их тоже нельзя считать порнографией.

В основном, под борьбой с детской порнографией, подразумевается борьба с педофилией, поэтому-то многим и не удаётся уточнить свою позицию по отношению к детской порнографии, чтобы избежать крайностей. Но ведь и термин педофилия неоднозначен?

К концу прошлого века в ходе борьбы с педофилией стали считать порнографией даже обычные изображения обнажённых детских тел. А ведь они меньше всего подходят под понятие детская порнография. Другое дело - изображение детей и подростков, вовлечённых в сексуальные игры с взрослыми. Правда, если придерживаться терминологии и учитывать, что слово порно в переводе с греческого языка означает распутную женщину, проститутку, то придётся признать, что этот термин как-то не вяжется с детьми, хотя приходится признать, что детская проституция известна издревле.

Что же касается того, что до сих пор «по умолчанию» изображение обнажённых тел считается порнографией, то это - следствие исторически сложившихся религиозных и социальных моральных норм, из-за которых общество продолжает оценивать человеческое тело, в том числе и детское, как что-то неприличное, похабное, достойное стыда и презрения, одним словом – как «источник похоти». И вместо того, чтобы внушать уважение к человеческому телу и восхищение его особенностями, вместо того, чтобы получать от его изображений эстетическое и эротическое удовольствие как от произведений искусства, общество «обозвало» изображения нагих тел порнографией, чем внушило стыдливое и «гадливое» отношение к человеческому телу. Правда, официальная формулировка звучит несколько расплывчато, примерно так: если изображаются крупным планом половые органы, значит, это – порнография...

Из-за такого отношения общества и под влиянием обычаев и традиций, многие родители вынужденно ставят под запрет обнажённость в собственном доме и внушают детям стыд за половые органы. Этим, кроме всего прочего, они «воздвигают стену» между собой и детьми, которая препятствует откровенности и душевной близости и не даёт детям обратиться к родителям, сталкиваясь с проблемами, причём, не только в интимных вопросах.

Всем известно, что «засекреченность» половых органов вызывает нездоровый интерес, так как на уровне инстинктов «запретный плод сладок». А вот к традиционному перекосу в чувстве стыдливости, общество привыкло: почему-то принято стесняться обнажённости перед близкими людьми, а перед чужими, правда, своего пола – нет. Речь идёт об общих банях и природных купальнях. А ведь к сексуальным играм при такой традиционной беспечности могут склонить подростков и представители своего пола.

За последние десятилетия изображение женских тел снова стали считать эротикой, хотя по понятным причинам (интересы бизнеса) идеализируются, в основном, образы стриптизёрш и проституток. А вот «нейтральные» изображение детских тел, наоборот, стали называть детской порнографией. Соответственно так стали относиться и к пляжным семейным фото и видео с обнажёнными телами супружеских пар и детей, в том числе и подростков. Хотя «обзывать» счастливые семьи проститутками и вовсе нонсенс.

В отличие от изображений сексуальных сцен с участием детей, изображения обнажённых детских тел (неважно - павильонные или пляжные) никак не могут отразиться отрицательно на психике детей-зрителей, если запрет на такие изображения старается оградить именно их от подобных изображений. Тем более - вряд ли такая «обнажёнка» как-то повлияет на психически здоровых взрослых зрителей. На детской же психике самих «моделей» подобные съёмки могут отразиться не отрицательнее, чем, например, повышенное внимание к победителям детских «конкурсов красоты», кастингов топ-моделей, спортивных соревнований и музыкальных конкурсов. К тому же, к естественной обнажённости дети привыкают очень быстро, без каких-либо последствий для их психики, о чём свидетельствуют наблюдения на многочисленных уже пляжах FKK (культура нагого тела).

Ещё в прошлом веке доктор Оттфрид Ланг (Зальцбург) писал: «Когда ребёнок находится обнажённым в группе взрослых и детей, то воспринимает это как само собой разумеющееся, и у него не возникает лишних проблем. В группе обнажённых людей, где чувственность особо не проявляется, а отношение к полу нейтральное, определение принадлежности к своему полу происходит легче. Мальчик, видя взрослых мужчин, может заметить изменение гениталий с возрастом, а девочка получит уверенность, что и у неё вырастут груди. Такие знания нигде не приобретаются так легко, как на FKK-пляжах».

Если коснуться первопричин отрицательного отношения общества к порнографии, а скорее – двойственного, лицемерного к нему отношения, то оно во многом стало следствием показного презрительного отношения христианского общества к мужской мастурбации. Ведь порнография, бесспорно, стимулирует половое возбуждение, которое впоследствии снимается, в том числе и мастурбацией.

В течение последних веков матери, которые не понимали сути мастурбации, боялись этого непонятного поведения, ведь сами они в большинстве случаев не имели представления даже о собственном оргазме, а к сексу и половым органам относились как к источнику «грехопадения». И под влиянием религиозных запретов и страха перед грехом, общество не только с презрением относилось к обнажённому телу и к мастурбации, но даже иногда пыталось «лечить» её хирургически, зашивая крайнюю плоть и обрезая клитор.

В принципе, мастурбация (осквернение руки) – такой же устаревший термин, как и порнография (изображение шлюх). Поэтому с постепенной «легализацией» мастурбации и даже с признанием её профилактического эффекта постепенно пересматривается отношение и к порнографии (в наше время даже издаётся журнал для людей, страдающих слепотой, который позволяет им читать порнографию на языке Брайля, причём была специально переделана система печати, чтобы высвободить одну руку для мастурбации). А ведь мастурбация является профилактикой не только андрологических и гинекологических заболеваний, вызванных воздержанием, но и случайных половых связей. Но пока традиционная брезгливость ко всему, что связано с интимной жизнью (в книге М.Горького «Дело Артамоновых» есть эпизод убийства мальчика, занимающегося «детским грехом»), не даёт объективно разобраться, как в смысле порнографии, так и в результатах её влияния на несовершеннолетних.

Как ни старались моралисты прошлых веков, но даже крайние проявления отрицательного отношения общества к мастурбации не смогли лишить людей этого естественного способа снятия полового возбуждения и получения полового удовлетворения. И хотя альтернативой мастурбации были случайные половые связи и зоофильные акты, кстати, тоже осуждаемые обществом, а также воздержание, приводящее к физиологическим и психическим заболеваниям, всё равно презрение к мастурбации сохранялось. В принципе, это «играло на руку» религии, так как мужская половина верующих чувствовала себя виноватой из-за того, что не могла справиться с этим «детским грехом». А чувство вины делает людей покладистыми, послушными властям, пользующимися этим в своих целях.

Но если мужчины старались «умертвить плоть», то большинство женщин не испытывало подобных угрызений совести в связи с навязанной им обществом фригидности, и поэтому матери пытались контролировать интимную жизнь (не путать с сексом) своих сыновей, что становилось ещё одним фактором отчуждения родителей и детей. Не говоря уже о том, что осуждение мастурбации и тщетные попытки «покончить с этим», стало причиной комплекса неполноценности многих подростков, в том числе и девушек, которые таким способом могли «обуздать свои инстинкты», сохранить девственность и не стать «лёгкой добычей» соблазнителей.

Общественная мораль так называемого цивилизованного мира веками была производной христианской морали, согласно которой любая половая активность, не связанная с зачатием детей (особенно – во время Постов), считалась противоестественной - развратом, грехом и сумасшествием. И даже считалось, причём уже «компетентными» докторами, что мастурбация приводит к сумасшествию. Поэтому, чтобы быть «от греха подальше» официально стали запрещать и порнографию, вызывающую половое возбуждение. В то время как на Востоке художественные изображения не только обнажённых людей, но и всевозможных позиций полового акта, даже орального секса, были уместны в специальных помещениях, в супружеских спальнях, например.

Кроме эротических изображений, порнографией считали и художественные произведения, возбуждающие своим содержанием, правда, цензура до сих пор относится к ним либеральней, пропуская «Декамерон» и прочие итальянские и арабские новеллы, «окультуренные» соответствующим образом. Из-за этого писатели и журналисты свободно «перепрыгивают барьер» цензуры, описывая оргии и извращения. Вероятно, считается, что только «визуальная» информация может дойти до сознания несовершеннолетних и отрицательно сказаться на нём, а прочитанная – нет. Может, думают, что читать учатся с 18-и лет или что дети и подростки не читают подобных книг и жёлтую прессу?

Кстати, когда не было «литературной» порнографии, подростки, по свидетельству Марка Твена, возбуждались и мастурбировали, выискивая эпизоды сексуального содержания в… Библии. Да и учебник анатомии и гинекологии можно было использовать для тех же целей, правда, там были и рисунки, не говоря уже о тайно распространяемых в подростковой среде «самиздатовских» сексуальных рассказах, которыми в настоящее время «кишит» Интернет. Опять же, легко можно найти рассказы о сексе с детьми, потому что, получается, такие истории не подпадают под понятие детская порнография. И, вероятно, потому, что у бизнеса нет интереса «загонять в подполье» такие публикации, так как они не связаны с секс-бизнесом - не конкурируют с рекламой проституции.

Когда официально перестанут «сваливать в одну кучу» детской порнографии, как изображения сексуальных сцен, так и просто изображения обнажённых детей, тогда невинные фото и видео перестанут считаться порнографией, и порнобизнес перестанет делать и на них деньги. Да и борьба с детской порнографией, перестанет принимать пародийный и «показушный» вид и не станет бить явно не по тем «целям». А как иначе объяснить, что в ходе этой борьбы, педофилов («любителей» как мальчиков, так и девочек) меньше не стало, зато стали считаться порнографическими даже нейтральные изображения обнажённых детей? И из-за этого кое-где стали даже замазывать древние фрески и барельефы, изображающие ангелочков, которых традиционно изображали в виде голых мальчиков, считающихся, вероятно, символом «чистоты и непорочности». Хотя в свете последних католических скандалов возникает подозрение, что церковные художники таким способом пытались угодить педофильным наклонностям заказчиков – священнослужителей.

Интерес к детской порнографии повысился в последнее время, скорее всего, из-за доступности прочих направлений порнографии, которые легализовались за последние полвека (а как иначе расценить ежегодный фестиваль порнофильмов в Каннах и «легализацию» порнозвёзд?). И естественно, что легализованной порнографией многие «потребители» уже пресытились, да и легальные прибыли не такие большие, поэтому бизнес ищет новые источники сверхприбылей, связанных с запретами. Ажиотажный спрос на детскую порнографию в последнее время вызван, как ужесточением запретов, так и размытостью термина детская порнография, вернее, неграмотным его пониманием. И ещё борьбу с детской порнографией и детской проституцией затрудняет расплывчатость и смешение понятий: детская порнография, детская проституция и педофилия. Ведь в настоящее время даже люди, получающие эстетическое удовольствие от изображений детских тел, считаются педофилами. Общество не понимает разницы между эротоманом, получающим удовольствие от изображений обнажённых тел и обожающим их по-своему, «дистанционно», между педофилом, «честно» покупающим детские услуги у сутенёра и между маньяком-педофилом, которому ничего не стоит изнасиловать ребёнка.

Обсуждать поведение маньяков нет особого смысла, так как у них психическое отклонение, заставляющее «специализироваться» на каких-то фетишах, причём, не всегда фетиш – детское тело. И движет ими не столько зов пола, сколько отсутствие в сознании запрета на насилие по отношению к другой личности. Половой же инстинкт толкает их лишь на «использование» жертвы насильственного нападения, будь то ребёнок, девушка или пожилая женщина. К счастью, маньяков с такими отклонениями крайне мало и по мере возможностей с ними борются правоохранительные органы, и роль порнографии в этом психическом отклонении крайне мала.

Педофилы, пользующиеся услугами сутенёров, редко способны сами на физическое насилие. К тому же они: либо - с психосексуальными отклонениями из-за того, что на их психику отрицательно сказалось неудачное стечение обстоятельств в подростковом возрасте, либо это – обычные посетители проституток, пресытившиеся разными формами «продажной любви» и ищущие новых ощущений, которые можно получить при однополом сексе и сексе с несовершеннолетними. И хотя физического насилия они, в принципе, не совершают, насилие над несформировавшейся личностью имеет место. И, разумеется, это именно они создают основной спрос на детскую проституцию и детскую порнографию. Причём речь идёт не о невинных съёмках детских тел, а о съёмках сексуальных сцен с участием детей. Это – разные вещи, так как отрицательно сказывается на детской психике именно участие в сексуальных сценах. И спрос на такую продукцию поддерживается больше всего такими педофилами-пользователями, любителями «клубнички», которые часто сами не способны на такое насилие.

Об отрицательном влиянии съёмок сексуальных сцен на детскую психику нельзя сказать однозначно, ведь детское сознание привыкает ко всему, даже к насилию. И если ребёнок входит в группу риска (лишний у себя дома или беспризорник), то рано или поздно он начнёт торговать своим телом, считая этот заработок естественным, и не будет мучаться от сомнений в аморальности своего поведения. Правда, если насилие будет осознаваться ребёнком и мучить его, он постарается сбежать. Ведь, как говорится, только раб, не осознающий своего рабства, не противится ему.

Причина наклонностей педофилов, в том числе и любителей мальчиков - не в детской порнографии, которая якобы может их соблазнить обнажённостью тел, а, как уже говорилось, либо в психосексуальных отклонениях, либо в пресыщении обычным сексом. Кроме того, причиной может быть и желание обладать всем, что попадает в поле зрения. Такой стереотип воспитывается с детства и тоже никак не зависит от порнографии, причём, связан не с половым, а с общим семейным, бытовым воспитанием. Это мировоззрение - жизненная философия - передаётся детям родителями, собственным примером.

Как следствие потребительского мировоззрения, навязчивая потребность обладать, заставляет на всё и всех смотреть «голодными глазами», а как гласит народная мудрость – «Лучше пусть желудок будет голодным, чем глаза». Ведь люди с таким мировоззрением не смогут никогда насытиться. Голод этот – эгоистический, то есть потребность брать, а не отдавать. В интимной жизни такое эгоистическое мировоззрение может привести к невозможности гармонии в браке и к сексоголизму.

Именно такое потребительское отношение к жизни, воспитанное родителями и обществом, превращает мужчин в клиентов проституток (попробовать «Всё»), а женщин – в корыстных шлюх – торгующих собственным телом или выходящих замуж за богатого, чтобы иметь это «Всё». А насаждает такое мировоззрение, разумеется, при попустительстве общества, бизнес. Это делается через журнальную и телерекламу, правда, в завуалированной форме, пропагандируя культ внешности и «гламурный» образ жизни. В результате этого, обществом оцениваются не личностные качества, а внешность и физические данные, превращая людей в пустые, но привлекательные тела: без перхоти, без целлюлита, без запаха изо рта и из подмышек, с изящной или накачанной фигурой с бархатистой кожей и отполированными ногтями. А такой перегиб в сторону тела и кошелька превращает людей в самцов и самок, раскрепощённых в своих сексуальных желаниях и связях.

И при таком перегибе в оценке обществом личности, роль порнографии в расширении диапазона доступных бездушных сексуальных утех гораздо меньше, чем роль ежедневной пропаганды потребительского образа жизни, ставшей уже привычной – нужно попробовать всё, можно всё купить, короче – «Бери от жизни всё». А ведь свингинг, бисексуализм, инцест и педофилия являются частью этого «Всё». И те, кому это «Всё» «по карману», ищет разнообразия уже не только в машинах, домах, яхтах и кушаньях, но и в области сексуальных утех. Ведь человеку свойственно связывать своё счастье с тем, чего у него пока нет. Приобрёл, «попользовался», потерял интерес и переключился на другие мечты, в надежде, что очередное приобретение принесёт счастье.

Что же касается сверстников, совращающих несовершеннолетних, то ими нередко движет лишь любопытство и желание повзрослеть, «играя во взрослые игры». Детская порнография им тоже не нужна, ведь, не поняв с детства место секса в жизни людей, и не осознав, что секс – высшая стадия супружеской любви, подростки просто пускаются на сексуальные эксперименты. Причём не только со сверстниками, но и с кузенами, кузинами, и даже – с родными братьями и сёстрами. Иногда эти игры ограничиваются мастурбацией и оральным сексом, но могут быть и сексуальные контакты, приводящие к беременности. И причиной этого становится отнюдь не порнография, а банальная неграмотность и отсутствие моральных ориентиров, которые должны были быть получены от родителей и общества.

И «обычным» педофилам, впрочем, как и бисексуалам, не нужна реклама для возбуждения и подстёгивания их желаний. Эти взрослые люди уже и так утвердились в своих желаниях и целенаправленно ищут удовлетворения своих специфических потребностей. Порнография на их мировоззрение особо не может повлиять, так как мировоззрение закладывается родителями в довольно раннем возрасте, но, разумеется, не в виде потребности к половым извращениям. Просто, как уже говорилось, потребительское отношение к людям и отсутствие уважения к ним, накладываясь на половую потребность, позволяет не видеть ничего зазорного в использовании другой личности для удовлетворения собственной половой потребности.

Многие сейчас уже с детства свыклись с тем, что человека можно использовать в качестве обычной секс-игрушки или, как это было с древних времён, в качестве самок домашних животных – собак, овец, коз, тёлок, кур, ослиц и даже обезьян. Мало кому приходило в голову, что вульгарное жаргонное и презрительное обзывание девушек и женщин дошло до нас из зоофильного прошлого. Но если сексуальными играми нельзя унизить животных, так как у них нет личности, у людей личность есть, поэтому их можно унизить сексуальным использованием. И всё равно, несмотря на это, общество привыкло считать «продажную любовь» нормой, а кое-где, традиционно, нормой считаются, как супружеские измены, так и супружеское сексуальное насилие. Не говоря уже о том, что общество перестало считать проституцией брак «модели» и «денежного мешка».

Мало кто осознаёт, что, не испытывая уважения к личности и телу людей, остаётся лишь традиционно относиться презрительно и похотливо к чужому телу. А ведь это и есть основная причина, позволяющая использовать чужие тела для собственных «нужд» и не видеть ничего зазорного в купле-продаже тел, как взрослых, так и несовершеннолетних.

Никого уже не удивляет то, что общество, пассивно критикуя проституток и лицемерно презирая их, вполне лояльно относится к покупателям их услуг, а ведь именно клиенты создают спрос на проституцию, в том числе и детскую. И те же клиенты, пресытившись, могут «подняться на следующую ступень» презрения – готовность к насилию в отношении чужого тела и личности без тени сочувствия. Туда и склоняются постепенно, как порнография, так и проституция.

Вероятно, стоит ещё раз подчеркнуть, что свыкнуться обществу с нестандартными сексуальными желаниями помогает не порнография, так как отношение к ней настороженное, а «фоновая» реклама доступности «продажной любви» и «бытового» секса через официальные СМИ. Ведь проститутки, случайные связи, дружеский секс, любовники, бисексуалы и т.п. постоянно навязчиво муссируются в них, создавая этим впечатление обыденности такого поведения, что развращает общество сильнее, чем ограниченно и «адресно» распространяемая порнография. Но серьёзно запретить интим-услуги как-то не спешат, наоборот – проституция органично вписывается в общественную жизнь. Мало того, услугу проститутки (обоих полов, в том числе и до 18-и лет, плюс трансвеститов) можно не только купить, но и заказать для кого-то на День рождения, юбилей и т.п. И создаётся впечатление, что торговля идёт вполне легально, хотя официально проституция вроде бы не разрешена.

У материально обеспеченной части общества, пресытившейся доступностью обычных секс-услуг, появляется потребность в новых секс-услугах, которые им «по карману». Вот и переключаются они на секс со своим полом и трансвеститами, на свингинг и на «групповуху» и, наконец, на секс с детьми. В предоставление таких услуг уже втянулись и туристические агентства, почти легально устраивающие свинг-туры в развитые страны и секс-туры в развивающиеся, где услуги проституирующих трансвеститов и детей доступней.

Сексуальные игры с взрослыми могут повлиять на детскую психику, приучив к продажности своего тела и спровоцировав раннее начало половой жизни. Но в неблагополучных семьях и в семьях, в которых родители не разбираются в месте секса в жизни, подобные последствия – не редкость, и дети страдают и без своего участия в порнобизнесе. Да и родители сами нередко становятся причиной, как раннего начала половой жизни, так и потенциальной продажности детей. О мировоззрении, способствующем этому, уже упоминалось.

Нередко сексуальные игры с взрослыми, в том числе и в целях изготовления порнопродукции связаны с физическим насилием. Но если отнестись к этому вопросу без излишней эмоциональности, придётся признать, что иногда насилия при вовлечении в порнографию не больше, чем при изнурительных спортивных и балетных тренировках или во время музыкальных репетиций с дошкольного возраста. Но признать это не даёт стеснительное и одновременно омерзительное отношение к вопросам пола.

Кроме физического насилия при изготовлении порнопродукции, дети и подростки могут подвергнуться и психическому насилию. Во-первых, это - давление и принуждение, а во-вторых – невозможность принятия детьми самостоятельного решения - участвовать или нет. Впрочем, свобода выбора у детей и подростков, а также осознанное стремление к чему-то – «роскошь» для большинства детей и может быть доступной, разве что в гармоничных семьях, которых, к сожалению, крайне мало. А в основной массе семей, психическое и физическое насилие широко распространено и традиционно считается, чуть ли не нормой.

Одна из причин семейного насилия - наследие тоталитарного режима, при котором из поколения в поколение передавалось семейное насилие как следствие общественного насилия над личностью. Впрочем, насилие в семье уходит корнями в далёкое патриархальное прошлое, когда муж считался полноправным хозяином жены и детей, поэтому мог и покалечить, и убить. Просто традиционно принято считать, что только родители имеют право (?) на насилие по отношению к своим детям, поэтому чужое насилие – удар по самолюбию родителей, если, конечно, родители сами не разрешили другим «муштровать» и использовать своего ребёнка.

На психику, на самооценку и на дальнейшую жизнь «допустимое» насилие родителей и тренеров часто влияет не менее разрушительно, чем при сексуальной эксплуатации детей, тем более что тренеры, получившие почти абсолютную власть над детьми, нередко не могут сдержать и свои педофильные наклонности. А ведь ожидаемого результата (карьеры) достигает лишь один ребёнок из многих тысяч сверстников, «положивших свою жизнь на алтарь» большого спорта, исполнительского искусства или балета. А у остальных из-за навязанной родителями, но не очень подходящей перспективы, может быть психический надлом, «тупиковость» судьбы и снижение самооценки из-за невозможности добиться результатов, на которые их готовили с раннего детства. И такое насилие официально не запрещено, но это – другая тема.

Что касается процесса изготовления детской порнографии, то «бытовое» вовлечение несовершеннолетних детей в сексуальные игры родственниками и знакомыми родителей, и без участия фото- и видеокамер отрицательно может повлиять на их судьбу, особенно, если это связано с насилием. Но нужно признать, что дети редко становятся - как ни кощунственно это звучит - случайными жертвами, ведь в такие ситуации, в основном, попадают дети беспечных родителей (чаще – матерей-одиночек), которые нередко доверяют своих детей знакомым людям. А ведь даже подруга матери может стать первой сексуальной партнёршей её сына, что кроме привычки к бездушному сексу, ни к чему другому не приведёт. Не говоря уже о распространённом склонении дочери к сексу бой-френдом матери или растление падчерицы отчимом. И тут уже не детская порнография и не детская проституция калечат судьбу ребёнка, просто ребёнок растёт в группе риска.

При склонении несовершеннолетних к сексуальным играм, конечно, может использоваться детская порнография для соблазнения, вернее, в качестве доказательства, что и другие дети занимаются этим. Но, опять же, так близко к ребёнку могут подойти лишь родственники и знакомые родителей (в том числе – отчим, мачеха) и, разумеется, чужие люди, если ребёнок растёт в неблагополучной семье и не сильно привязан к родителям, соответственно – доверяет чужим людям. А совратитель в качестве примера вполне может использовать взрослое порно, которое не запрещено и очень доступно.

Кстати, дети не только из нищих и неблагополучных семей оказываются втянутыми в порнобизнес, но и нередко из семей, в которых родители прививают детям свою готовность пойти ради денег на всё. Эту «струнку» дети перенимают довольно рано и вне зависимости от пола, и она становится их мировоззрением.

Выйти замуж за богатого или жениться на богатой, стать проституткой, ограбить богатых, - уже никого не шокируют подобные подростковые мечты, прямо или косвенно «внушённые» родителями. И достаточно определённого стечения обстоятельств, чтобы подростки начали «зарабатывать» продажей своего тела, неважно, для порно- или секс-бизнеса. Ведь, несмотря на то, что у недовоспитанных детей «расплывчатое» мировоззрение, «струнка» продажности у них на одном из первых мест. И это относится ко всем детям, выросшим в семьях, в которых единственная цель родителей - деньги и желание быть богаче окружающих.

Разумеется, сексуальная эксплуатация - явление аморальное и противозаконное, причём, не столько из-за влияния на физиологию, сколько - на личность ребёнка. А разве после 18-и лет насилие над личностью менее разрушительно? Просто считается, что по достижении совершеннолетия, молодые люди могут сами принимать решение. А как принимать, если им не достаёт знаний об альтернативном поведении и о последствиях совершённых поступков? Максимум, что доступно подросткам в семье – запугивание беременностью и венерическими болезнями. А такое запугивание для юной, инстинктивно свободолюбивой личности, знающей о презервативе, всё равно, что руководство к действию, то есть к пересмотру принятых старшим поколением норм и запретов. Это же извечная борьба молодёжной революционности с консервативностью зрелых людей – проблема отцов и детей.

Проституцией обычно начинают заниматься с подросткового возраста. И основная причина этого - не в неудачной любви, аборте и т.п., как принято считать, а в отчуждённости от матери, в чувстве отверженности, в родительском внушении, что ради «красоты» и богатства стоит пожертвовать всем, главное – не продешевить. А при подобном «воспитании» подросткам достаточно «благоприятного» стечения обстоятельств, чтобы осуществилась их потенциальная склонность – продаться.

Отчуждённые дочери, не привыкшие к уважению к своему телу – девки - рано начинают увлекаться экспериментальным сексом со сверстниками, самоутверждаясь этим и получая часто единственно доступное им удовольствие. А потом они «с радостью открывают для себя», что можно это делать и за деньги. Привычка скрывать свой экспериментальный секс, помогает им легко скрывать и занятие проституцией, а, «зарабатывая» больше родителей, они могут уже позволить себе и не скрывать, и даже гордиться собой, ведь с каждым годом занятие проституцией становится всё более престижными из-за неграмотно-либерального отношения общества к нему.

Нередко потенциальных проституток, начинающих продавать своё тело в модельном бизнесе, вербуют прямо на кастингах и конкурсах красоты, зная, что большинство этих девушек уже готово на всё ради денег и гламурного образа жизни. Некоторые из них, кому относительно везёт, выходят замуж за толстосумов, в том числе и криминальных, но часто такое везение не приносит счастья, ведь это – не брак, а всё тот же акт купли-продажи.

Во всех случаях судьба проституток – это не случайность, а результат родительского формирования мировоззрения, результат того, что родители не сумели дать правильного воспитания, которое стало бы нравственным ориентиром в жизни их детей. Но, как ни странно, такие родители часто искренне уверены в своей правоте, в своих «методах воспитания» и даже в своей заботе о судьбе своих детей.

Но всё же трудно обвинять только родителей за перекосы в воспитании детей, ведь их мировоззрение ещё раньше сформировали собственные родители, и, разумеется, вместе с обществом, с местными традициями, обычаями, ритуалами и т.п. Так что получается, что ответственность и вина – коллективные, а фактически – ничьи.

Спрос с родителей за судьбу их детей, ставших проститутками, не так велик, потому что они и сами не разбираются в побудительных причинах и в формах проституции. Для справки: проститутки – это не только разовые (уличные, бордельные и VIP-эскортные), но и краткосрочные (любовницы, содержанки), и долгосрочные – вышедшие замуж по материальному расчёту. Соответственно матери, пропагандирующие дочерям подобную форму «обеспеченного» брака, воспитывают, фактически, потенциальных проституток. А уже после этого стечение обстоятельств «выбрасывает их на панель».

Даже после выявления причинно-следственных связей, всё же кощунственно и даже - возмутительно прозвучит вопрос: «А для чего, собственно, ограждать детей от порно- и секс-эксплуатации?», но если без эмоций?

Детская порнография, как уже говорилось, может нанести вред самим «моделям», хотя и этого нельзя утверждать однозначно, так как втянутыми в неё оказываются, в основном, дети из так называемых проблемных семей, лишённые нормального будущего. И часто не только «добрые дяди, подобравшие детей на улице», втягивают их в свой бизнес, но делают это и собственные родители, пытающиеся заработать таким способом на детях. Впрочем, такой «бизнес» известен издревле, ведь и в прошлые века продавали собственных детей, причём, как сутенёрам, в публичные дома, так и выдавая замуж, с целью повышения материального или социального положения собственной семьи.

Трудно сказать, что предпочтительней для малолетней проститутки – уличная и бордельная продажа своего тела или такая же продажа, но с вовлечением в кинопроцесс. Ведь в обоих случаях возможен «карьерный рост», если, конечно, проститутки добровольно согласились на такую карьеру. А стоит ли им мешать? Другое дело – дети, «угнанные в рабство» и подвергающиеся насилию. Их защита – забота общества, и никто против этого и не «пикнет», разве что по поводу лицемерной возрастной «планки» - 18 лет.

Нельзя не согласиться с тем, что профессиональные достижения и успех в работе во многом зависят от ранней специализации. Для успешной карьеры в гимнастике, балете, фигурном катании или в музыкальном исполнительском мастерстве детей начинают тренировать с дошкольного возраста, подвергая их большим физическим и психическим нагрузкам. Обычно это делается по инициативе родителей, пытающихся осуществить какие-то собственные неосуществлённые мечты и своё понимание счастливого будущего, связанного с карьерным ростом. Обществом такое поведение родителей не осуждается, наоборот – зависть к тем, кто достиг существенных результатов при такой родительской целеустремлённости затмевает многие сломанные судьбы детей, не достигших абсолютных результатов. Но вопрос не в этом.

Если отбросить показное морализаторство, то, если официально существуют порно-звёзды «+18», то вполне вероятно, что те, которые начнут раньше, пойдут дальше сверстников и раньше конкуренток станут известными порно-звёздами. И если некоторые матери с раннего возраста готовят своих детей к танцевальной, исполнительской, спортивной, модельной и актёрской карьере, то, может, найдутся и такие, кто будет готовить детей и к карьере порно-звезды, тем более что в последнее время все эти карьерные цели смешались. Ведь во главу угла ставятся заработки – общество уважает богатых, особо не «принюхиваясь» к запаху их денег. К тому же теперь порно-звезда - официальный статус. Должно ли общество препятствовать в этом родителям, если само оценивает работу порно-звёзд миллионными гонорарами? И в настоящее время это уже стало официальным заработком, и известен даже случай избирания такой звезды депутатом. К чему же лицемерные запреты на детскую порнографию? Если порноактёры и «элитные» проститутки пользуются признанием со стороны общества, исходя из каких соображений, общество запрещает родителям готовить детей к порнокарьере? И тут вопрос не в конкретной карьерной цели для ребёнка, а в том, что во всех случаях детей всё равно никто не спрашивает, ведь родители всё решают за него.

Может, это и нетактичный по отношению к матерям пример, но Эммануэль из одноимённых книг и фильмов, ставшая чуть ли не образцом женственности целого поколения, в книге «Дети Эммануэль», которая не считалась порнографией даже в перестроечном СССР, благосклонно относилась к сексуальным играм своих детей с взрослыми гостями. Конечно, звучит это аморально и отталкивающе, но ведь уже миллионы проституток, в том числе и трансвеститов, зарабатывают на жизнь фелляцией. В разных странах общество по-разному «закрывает глаза» на этот факт, и хотя в демонстрируемых по телевидению фильмах это изображается косвенно, подростки привыкают к естественности такого поведения и не видят ничего зазорного в том, чтобы и самим попробовать, особенно, если на этом можно заработать.

Информация о вовлечении мальчиков в сексуальные игры взрослых мужчин была в течение последних веков «предана анафеме». И мало кому известно, что в Античности секс мужчины с мальчиком был, чуть ли не нормой. Мальчиков использовали как партнёров по анальному сексу, и это для них не считалось позором. Правда, когда мальчик становился уже взрослым, общество осуждало сохранившуюся у него привычку к анальному сексу, во время которого стимулируется простата, создавая потребность в половом удовлетворении подобным способом.

Вообще, это характерно для любого общества – сформировать определённые потребности у своих членов, а потом осуждать и презирать за эти потребности, ставшие у некоторых навязчивыми. К примеру, сейчас так обстоят дела с алкоголиками, трудоголиками и сексоголиками, так как местные обычаи и традиции приводят к подобной зависимости людей, у которых есть физиологические, психологические или социальные предпосылки для этого.

Поэтому нет ничего странного в том, что в далёкие времена мужчины, которых с согласия общества ещё в детстве приучали к однополому пассивному сексу, осуждались потом за педерастию. А это понятие, веками считавшееся ругательством, переводится всего лишь как «исполнение детской роли в сексе», но мало кто задумывался, почему слова педераст и педагог – однокоренные, общий корень которых переводится как ребёнок.

Кстати, в некоторых обществах нормы морали поощряли не только анальный секс с мальчиками, но и оральный, причём, в присутствии родичей, включая отца. Эта дикость (для нас) называлась обрядом инициации - посвящением в мужчины. И эти мужчины пользовались уважением…

Детям позволяет не поддаваться «фоновой» пропаганде бездушного секса, мещанства, гламура и разных форм проституции лишь правильное родительское воспитание в гармоничной семье. И если бесстрастно взглянуть на ситуацию, придётся признать, что детям, втянутым в порно-бизнес, нередко заранее уже уготована родителями подобная судьба. Поэтому, если не до совершеннолетия, то после него всё равно им придётся торговать своим телом. И кто сказал, что душевная травма детей, втянутых в порнобизнес, сильнее, чем у тех, кто с тринадцати лет вынужден зарабатывать проституцией. Правда, это – «отрасли» одного и того же бизнеса. И кто знает, зло это для детей или добро, если в качестве альтернативы этим детям уготована обществом лишь судьба отверженных нищих, становящихся алкоголиками и бомжами из-за бесперспективности своего существования? Это в большей степени касается развивающихся стран, в том числе и тех, которые многие годы пытались строить счастливое бесклассовое общество.

Формальность заботы о «невинных детских душах» сродни действиям «перестроечных активистов», ратующих за ограждение детей от сексуальной информации. Нередко они даже вырывали страницы из школьных учебников анатомии. Впрочем, примерно так же поступают и протестующие против милитаризированных детских игрушек. Они считают, что детей нужно оградить от подобных «вредных» игрушек, чтобы не ранить детские души. А ведь половые инстинкты и инстинкты агрессора и защитника – врождённые. Поэтому интерес к вопросам любви и секса (соответственно – к мелодрамам и порнографии), а также к насилию (драки, войны, защита, убийства) никогда не угаснет у людей, особенно – у мужского пола. И «закрывая глаза» на эти инстинкты, не получится добиться положительных результатов в воспитании. Значит, задача родителей и общества – не замалчивать, а направлять инстинкты в оптимальное для среды русло, но, разумеется, не за счёт свободы личности ребёнка.

А с другой стороны, для чего ограждать от военных игрушек детей, если их после исполнения 18-и лет насильно заберут на армейскую службу, где будут «учить науке, как людей убивать»? Не говоря уже о том, что через год таких «желторотых» солдат могут отправить на настоящую войну в так называемые горячие точки. Разве в 18 лет детская душа уже настолько очерствела, что ей легко рассчитывать убойную силу оружия и дальность прицельного огня? А как быть с душами тех, которые в армии некоторых стран, служа вместе с ровесницами, учатся убивать противника, перегрызая ему горло?

Так для чего же беречь «невинные души» подростков, если через 5 лет их заставят «вляпаться в грязь и кровь»? Аналогично, для чего спасать от порнографии души детей из группы риска, если после 18-и им уготовано судьбой (родителями и средой) беспрепятственно торговать своим телом? А может, им «улыбнётся фортуна» и они станут порно-звёздами, к которым общество относится уже лояльно, а некоторые его члены – и с завистью? Конечно, судебная система может отобрать детей у нерадивых родителей и поместить их в Детский дом, а какое будущее им будет уготовано там? Какое насилие со стороны сверстников они испытают там? В каком возрасте они лишатся там девственности? Не заставит ли их «казённый быт» продаться пораньше и подешевле?

Во время милицейских облав проституток (в основном, приезжих) просто сортируют, и несовершеннолетних (14 – 17 лет) отправляют по месту жительства, откуда те, уже почувствовав «вкус лёгких денег» и не имея там перспектив, в скором времени возвращаются обратно. Ведь до возраста, когда, фактически, разрешено торговать своим телом (+18), несовершеннолетние выдают себя за 18-ти летних. Так же они ведут себя и в порнобизнесе, но там они почему-то подпадают под понятие запрещённой детской порнографии. Впрочем, такая градация (до и после 18-и), загоняющая в подполье порнопродукцию, способствует только дополнительной прибыли и криминализации этого бизнеса из-за искусственно повышенного запретами спроса.

И ещё один пример странной логики общества – разрешается вступать в брак с 14-и лет, обычно после «неожиданной» беременности, и запрещается в том же возрасте позировать в обнажённом виде и во время сексуальных игр.

Что же касается детской порнографии в Интернете, то к чему пенять на порноиндустрию и порносайты, если и до Интернета и многомиллиардного порно-бизнеса немало детей оказывалось втянутыми в детскую проституцию, инцест (со стороны отчимов и малограмотных и психически нездоровых отцов и матерей) и педофилию (даже со стороны духовных наставников)? Какой смысл бороться с последствиями, не обращая внимания на причины? Конечно, проще организовать кампанию против чего-то и кого-то, а потом отчитаться в проделанной работе, но разве ситуация от этого улучшится? Кампании могут, разве что, загнать в подполье проблему. Но ведь нельзя вылечить болезнь, временно загнав её вглубь.

В прошлых веках не было Интернета с порно сайтами, зато были женские бани, купальни на реках и озёрах, общественные туалеты, где можно было подглядывать за женщинами. Да и от сексуальных сцен нельзя было оградить детей и подростков, особенно – в сельской местности. Не говоря уже о том, что дети невольно становились свидетелями, в основном, грубого, страстного и животного секса, граничащего с насилием, ведь даже в сексе возлюбленных с невысоким уровнем общего развития, нет эротики – лишь инстинктивная случка. А при минимуме информации о половой жизни и при низком культурном уровне, как недостаток истинной информации об интимной жизни, так и случайная и неверно оценённая информация, одинаково не давали детям и подросткам получить оптимальное половое воспитание.

«Антипорнографическая» кампания, призванная бороться с детской порнографией, не совсем учитывает, что порнография – это всего лишь реклама бездушного дегустационного секса и, естественно, «продажной любви». И как любая реклама, порнография «воздействует» лишь на тех, кто хочет купить рекламируемый товар, у кого есть желание, потребность и возможности. А ведь известно, что в настоящее время, имея возможности, не так уж сложно удовлетворить любые свои потребности. Но для такого специфического товара нужно обладать определённым мировоззрением, ведь не у каждого «умещается в голове», что можно купить живого человека, личность, а тем более - ребёнка. Правда, СМИ и кино «вбивают в головы» обывателей, что подобная купля-продажа – естественное дело, даже совсем не аморальное. Поэтому, разве не лицемерие осуждать детскую проституцию, если, благодаря подобному отношению общества к проституции, для многих «продажная любовь» кажется естественной с детских лет? И разве не лицемерие, что до 18-и лет тело не является товаром, а после – только плати!

Как известно, с детской порнографией борются, но, к сожалению, пока только запретительными методами. А видимость борьбы с детской порнографией, сопровождающейся показушными положительными результатами, не даёт обществу сосредоточиться на истинных её причинах. Кстати, в серии педофильных судебных процессов против католических священников, детская порнография не упоминалась как причина растления детей. Священники обходились и без детской порнографии, причина противоестественной склонности была не в ней, а в обете безбрачия и запрете на секс с женщинами. И ничего неожиданного нет в том, что загнанные инстинкты нашли выход и в этой ситуации, направив сексуальные желания на мальчиков.

Разумеется, бороться с истинными причинами недетских сексуальных занятий детей и причинами проституции молодёжи не так просто, ведь это – недостойные условия жизни, низкий уровень воспитания родителей и личностная нечистоплотность большинства членов общества, создающих спрос на продажные сексуальные услуги, в том числе и несовершеннолетних. Кому же «пускают пыль в глаза» видимостью борьбы? Это же борьба с ветряными мельницами. Впрочем, сегодня мало кто помнит, что образ дона Кихота был пародийным. Такой же пародией выглядит современная цензура и борьба с последствиями отсутствия своевременного полового воспитания и недостойными условиями жизни родителей.

Проблему настоящей детской порнографии в ближайшее время не решить, тем более – карательными мерами. И пока борьба с детской порнографией ограничивается борьбой с распространением не классифицированной даже фото- и видеопорнографии и с не очень удачным пресечением сексуальной эксплуатации несовершеннолетних, особого толка не будет.

Сексуальные домогательства по отношению к несовершеннолетним, их совращение и растление были, можно сказать, всегда. Поэтому трудно сказать, стало их больше из-за больших скоростей распространения информации, из-за потребности в сексуальном разнообразии взрослых, имеющих широкие материальные возможности, из-за отсутствия у большинства необходимости думать лишь о том, как бы «нажраться от пуза» или из-за того, что проституция (в том числе и детская) стала доходным бизнесом. Скорее всего, повлияла сумма всех этих факторов. Правда, причиной возникновения детской порнографии, являющейся рекламой детской проституции, однозначно стал порнобизнес, делающий деньги, в основном, «подпольно. Причём бизнес, эксплуатирующий людей, часто сведённых до уровня рабов, ворочает миллиардами и с ним бороться крайне затруднительно, можно сказать даже – невозможно, ведь с такими материальными возможностями легко можно влиять на общественное мнение и на принятие нужных этому бизнесу законов. Поэтому целью борьбы с сексуальной эксплуатацией взрослых и детей должна быть не борьба с «гидрой» порнобизнеса, на месте отрубленных голов которой вырастают новые, а усилия, направленные на ограничение спроса на покупные сексуальные утехи.

В наше время вполне можно дать с детства половое воспитание, которое и станет профилактикой нежелательного влияния случайно полученной искажённой информации об интимной жизни. Работа общества в этом направлении будет намного действенней, чем установление формальных заслонов перед порнографией. И такое воспитание не только позволит оценить всё увиденное без особого вреда для психики, но и сделает понятней эротику, объяснит место секса в жизни людей и смысл современного брака.

К тому же душевно близкие и откровенные взаимоотношения между родителями и детьми позволят избежать «педофильной атаки», а в случае, когда ребёнок всё же стал жертвой педофила или сверстников, близость с родителями поможет избежать сильного отражения на его психике. Когда же есть дистанция или даже пропасть между родителями и детьми, на психике пострадавшего ребёнка дополнительно отрицательно сказывается и необходимость держать в тайне от матери сексуальные игры с другим, даже - близким человеком. Часто эта необходимость вместе со страхом перед совратителем приводит к замкнутости и чувству вины, серьёзно влияющему на психическое здоровье ребёнка.

Но пока эротику запрещают, считая её порнографией, а порнографию разрешают, выдавая её за «крутую» эротику, родители сами теряются в терминологии, что мешает им заняться правильным половым воспитанием. Да и наглядные пособия для воспитания (и обучающие - для будущих супругов) из-за неразберихи подпадают под запрет на порнографию. А разрешённые секс-шопы могут разве что приучить к разнообразному, технически оснащённому, но бездушному сексу, не давая супругам понять, что супружеская интимная жизнь резко отличается от партнёрского секса, при котором животный зов пола принимается за страстную любовь.

Не имея представления о простом человеческом семейном счастье и о радости супружеской жизни, многим людям, не вынужденным «думать о хлебе насущном», приходится вести поиски счастья в малодоступных областях, одной из которых и является педофилия. А счастливому в семье человеку и в голову не придёт заниматься покупным или насильственным сексом с партнёром, неважно какого возраста и пола. Маньяки – другое дело, но их действиями руководит не их сознание, а психическое заболевание, да и не для них открываются притоны с проституирующими детьми.

В первую очередь нужно постараться изменить отношение общества к «продажной любви», причём отрицательное отношение должно быть не к самим проституткам, а к их «пользователям». Сбить спрос на проституток (в том числе и несовершеннолетних, которых в отличие от большинства принуждают заниматься этим) можно лишь изменив отношение общества к проституции. При соответствующем изменении общественного мнения клиенты, «честно» заплатившие за удовлетворение своей половой потребности, задумаются над тем, что их «обслуживает» секс-рабыня, вынужденная «работать» под страхом смерти. О несовершеннолетних и говорить нечего, ведь в таком возрасте (до 14-и лет), в основном, эксплуатируют без их воли. Может, до клиентов дойдёт, что на месте секс-рабынь и малолетних рабов вполне могли оказаться и их близкие, в том числе и их дети? Позволит ли им совесть после такого осознания воспользоваться подобными платными услугами? Кстати, совесть – это общественные и родительские нормы морали, ставшие посредством воспитания стереотипами мышления личности. Поэтому-то сегодня совесть у большинства и молчит, когда «снимают» проститутку, неважно какого возраста и пола.

<<< Назад

1998-2017© Все права защищены! Любое копирование без разрешения автора запрещено!
www.gamology.info | gamology@mail.ru